Автор: gin_tonic
Переводчик: Infiniti
Пейринг: СС/ГП
Жанр: Romance, немагическое AU
Рейтинг:NC-17
Размер: миди
Статус: закончен
Саммари: Северус Снейп - дирижер симфонического оркестра Хогсмид - вступает в противостояние с новым музыкантом своего коллектива. Имя новичка – Гарри Поттер. Северус абсолютно недоволен его присутствием, поэтому молодой человек должен уйти... и чем скорее, тем лучше.
Disclaimer: Ни на что не претендую. Все принадлежит маме Ро, хотя трудно назвать матерью женщину, которая так жестоко относится к своим детям… А я так, мимо пробегал.
Примечание: 1.
Переводится для собственного удовольствия 2.
Узнал много нового из жизни музыкантов, прослушал огромное количество классической музыки и тихо кайфовал от текста...читать дальше
**
Северус Снейп, знаменитый звездный дирижер и строгий руководитель СОХ – симфонического оркестра Хогсмид – ворвался в зал, совершенно не скрывая недовольства на своем лице. Он только что вернулся со встречи с руководством, что уже в принципе ненавидел. Мало того, что оно постоянно пыталось вмешиваться в его работу, оно так же имело наглость ограничивать его свободу творчества, указывая, что именно должен делать его оркестр. И теперь едва ли не за неделю до того дня, когда оркестр отправится в турне по Европе, открывая и закрывая сезон в Лондоне, оно заявило, что нашло нового музыканта-гобоиста. Ему на самом деле нужен был музыкант, и Северус уже кое с кем договорился, но оно решило принять какого-то молодого идиота, даже не спросив его мнения… Он им покажет, не стоит относиться к нему столь пренебрежительно. Гобой – Поттер или Сноттер, начальство сподобилось сообщить его имя – вылетит из оркестра раньше, чем они начнут паковать свои чемоданы в Европу.
- Внимание! - крикнул Северус, заставив каждого музыканта вздрогнуть и посмотреть на него широко раскрытыми глазами. Удовлетворившись их ужасом, он поднял руку, направив дирижерскую палочку в сторону оркестрантов, заставив занять положенные места. – Я не желаю видеть никакого дурачества. Вы знаете нашу программу, а так же, надеюсь, знаете свои способности. Если вы не намерены работать, я предлагаю вам взять свои инструменты и уйти.
Ни один человек не сдвинулся с места, Северус чуть кивнул головой, и музыканты немного расслабились.
- Начальство своей мудростью решило, - с презрением продолжил он, заставив оркестр содрогнуться, - одарить нас еще одним музыкантом-гобоистом.
По половине оркестра прокатилось злобное хихиканье – в основном, со стороны примы СОХ, Гилдероя Локхарта. Он воплощал в себе классический стереотип альтиста: глупый, тщеславный, самодовольный и настолько самовлюбленный, что весь его дом был украшен зеркалами и картинами себя-любимого. К тому же, он был той еще сукой в оркестре. Другая, более сострадательная половина оркестра искренне жалела новичка уже до того, как увидела его, прекрасно зная, что его ожидает в дальнейшем.
- Вы знаете, что это значит. Он, - не стоит утруждать оркестр именем того, кто продержится здесь ровно столько, чтобы сказать привет, - будет здесь через пятнадцать минут, и я хочу, чтобы вы все были готовы к репетиции произведения Чайковского «Вальс Цветов».
**
Менее чем двадцать минут спустя, первое, что заметил Северус у нового мальчика – его совершенно отвратительная прическа. Во-вторых, он опоздал на четыре минуты сорок две секунды. Северус недовольно нахмурился.
- Мистер Поттер, - обратился он, немилосердно растягивая слова.
Поттер нервно откашлялся и имел наглость с улыбкой посмотреть на Северуса. Снейп ответил усмешкой – одной из самых лучших в его репертуаре, как он сам считал – и поставил перед ним пюпитр.
- Вы опоздали. Вы уже закончили веселиться, чтобы мы, наконец, могли начать? Сейчас.
Ах, как он любил, когда эти маленькие музыканты спотыкались и начинали заикаться, роняя свои инструменты только потому, что он им сказал именно то, что действительно подразумевал своим черствым сердцем. Северус мог бы счастливо вздохнуть, если б к этому у него была врожденная способность. Поттер едва успел поднести свой гобой к губам, как Северус велел всем приготовиться (и они поторопились, особенно после всех репетиций, проведенных дирижером), подав оркестру сигнал к началу.
Когда стих последний музыкальный аккорд, Северус нахмурился. К сожалению, Поттер оказался не каким-то бездарем, принятым из жалости Дамблдором. На самом деле он был очень одаренным, но это ничего не меняло. Поттер покинет оркестр. Даже если это нужно только для того, чтобы отстоять Северусу свою собственную точку зрения.
**
Гарри наблюдал, как Снейп молниеносно выбежал из комнаты, напоследок бросив убийственный взгляд в его сторону. Медленно, немного испуганно он обернулся и увидел, что второй гобоист и тромбонист улыбаются ему. Надеясь, что это хороший знак, он робко улыбнулся в ответ.
- Что случилось?
Второй гобоист шагнул вперед, равнодушно пожав плечами.
- Ничего. Просто Снейп не нашел повода, чтобы вышвырнуть тебя вон.
Гарри вскинул брови:
- Значит, я могу остаться? – И столько удивления было в его голосе, что остальные члены оркестра невольно заулыбались.
- Конечно, дружище, - сказал рыжеволосый тромбонист. – Меня зовут Рон, а это Невилл.
- А я Гарри. – Они обменялись рукопожатием.
Гарри, прикусив губу, бросил на Невилла извиняющийся взгляд:
– Я… я надеюсь, что ты не сердишься на меня, что я стал первым гобоем, Невилл? – выпалил он, покраснев, глядя вниз на свои ботинки.
Но Невилл, вместо того, чтобы наброситься на него с оскорблениями, чего боялся Гарри, просто улыбнулся:
- Ты играешь лучше, чем я. Тем более, я чувствую себя довольно комфортно на втором плане. А значит, не буду находиться под самым носом у Снейпа.
- Однако под ним остается еще много места! – пошутил Рон. – Пойдем, мы познакомим тебя с остальными, - сказал он, по-дружески положив руку на плечо Гарри. «Остальные» с любопытством уставились на троицу, словно ожидали разворота какой-нибудь драмы. Кое-кто, возможно, даже ждал Снейпа, чтобы тот сорвался на Гарри, уничтожив его словами – напыщенного вида мужчина с тщательно уложенными волосами, на лацкане пиджака которого была прикреплена брошь в виде скрипки, выглядел особенно разочарованным. Тем не менее, он первым подошел к Гарри, взял его за руку и принялся ее интенсивно трясти. Мужчина полагал, что Гарри должен быть благодарен ему за это. Но Гарри, почему-то, не был.
- Гилдерой Локхарт. Уверен, что вы слышали обо мне! – У Локхарта были потные ладони и говорил он нараспев, будто представлял себя таким образом столь часто, что многие действительно думали о нем как о Мистере Г.Л. – Я уверен, что вы слышали обо мне. – Было так же очевидно, что он действительно наслаждается рукопожатием. Особенно с Гарри.
- Приятно познакомиться. – Гарри вынужден был отступить, выдергивая руку обратно. Казалось, что Локхарт чего-то ждет, но, не получив желаемого, отошел прочь.
Рон откашлялся.
- Ну… встречай остальную часть оркестра, - произнес он, сделав широкий жест, затем, указал на нескольких музыкантов: - Это Тонкс – она играет на трубе, Кингсли Шеклбот – тимпан, Дин – малый барабан и бас-барабан, Симус – тарелки и прочие инструменты, которые издают ЗВОН, Лаванда Браун и Парвати Патил – две гарпии – арфа. - Рон, безусловно, заслужил два злобных взгляда в свою сторону. – Флер Делакур – скрипка. – Рон произнес это имя на французский манер настолько исковеркано, заставив девушку, миловидную блондинку, содрогнуться от дрожи. Гарри кивнул, одарив всех улыбкой. – И Гермиона Грейнджер - она играет на виолончели.
Гарри не сомневался, что без труда сможет запомнить их имена.
- Привет, приятно познакомиться. Я Гарри. Гарри Поттер.
- Привет, Гарри! – хором откликнулись оркестранты, улыбаясь в ответ. После первого этапа дружелюбного и полудружеского приветствия с каждым, все расселись по местам, оставив Гарри наедине с Роном и Невиллом. Гермиона присоединилась к ним, встав так близко к Рону, что было похоже, что их бедра прижались друг к другу.
- Значит, ты гей,- была первая фраза девушки, заставив Гарри что-то пробормотать в ответ.
- Гермиона! Не стоит вот так нападать на парня! – урезонил ее Невилл, дружески хлопнув Гарри по спине. – Не обращай на нее внимания, Гарри.
Гарри кивнул, пытаясь восстановить дыхание.
- С чего… ты вяла? – спросил он, закашлявшись, стараясь не краснеть, но ничего не мог с этим поделать.
Рон пожал плечами.
- Ну, это просто. Я только что представил тебя самым симпатичным… - Удар локтем в живот помешало ему сказать больше. Гарри видел, как Невилл едва сдерживает смех, прежде чем добавил:
- Он представил тебя Флер, и ты не захлебнулся слюной при виде нее. Она здесь вроде теста, так что никто не будет слишком много болтать, если ты дашь ясно понять, что играешь за другую команду.
- Да и поразвлечься немного, - с усмешкой добавил Рон.
Гермиона фыркнула:
- Это просто детская забава, в которую им нравится играть. Кстати, Гарри, как насчет кофе?
**
В конце дня Гарри ворвался в парадную дверь дома №12 на площади Гриммо, крича:
- Сириус!
Сириус был крестным отцом Гарри и его опекуном с тех пор, как родители парня умерли, когда тот еще был совсем ребенком. Гарри жил у него, едва закончив школу: он учился во Франции и России, и сменил учебных заведений и общежитий больше, чем кто либо в его возрасте. Лондон был полон приключений – это было бы возможным, будь у него кто-нибудь еще, кроме Сириуса. Но так как он никого не знал, а шататься по пабам вместе с опекуном было совсем не то, к чему стремился Гарри, то он был более чем рад, когда Дамблдор, старый друг его родителей, предложил ему – Гарри – прослушивание в известном симфоническом оркестре Хогсмид.
- Сириус!- Гарри забежал на кухню, где Сириус, взгромоздив ноги на стол, сидел с чашкой кофе. Увидев крестника, влетевшего в комнату, он быстро поставил чашку на столешницу, разлив при этом несколько капель, пристально глядя на него.
- Ну?
- Я прошел! – Гарри улыбнулся Сириусу – его улыбка стала еще ярче, когда крестный подбежал, заключив парня в свои медвежьи объятья.
- Поздравляю! – Он отодвинул Гарри на расстояние вытянутой руки, держа его за плечи, рассматривая с гордостью в глазах, прежде чем отпустить и шагнуть к холодильнику. – Это следует отметить. Шампанского!
Бутылку немедленно откупорили – обрызгав все, что можно искристой пеной, – и вскоре уже держали наполненные кружки игристым напитком, поскольку Сириус наполнил первое, что попалось под руку.
- Не могу поверить, что поступил, - Гарри практически подпрыгивал на месте. Шампанское слегка ударило в голову, так как он редко пил. О-о, в школах не редко бывали веселые попойки, но коль Гарри не умел слишком близко сходиться с однокурсниками, то его редко приглашали на подобные вечеринки. – У нас есть две недели, чтобы отрепетировать все части, говорили они, и тогда мы поедем в турне по Европе.
**
К сожалению для Северуса, способности Поттера и на следующих репетициях не уменьшились ни на йоту. Конечно, он был далек, чтобы стать следующим Антонио Паскулли, но был лучше, чем Лонгботтом – это объясняло, почему Дамблдор поставил Поттера первым гобоем, даже не спросив об этом Северуса. Не то, чтобы он признал, что согласен с решением Дамблдора. Отнюдь нет. Северус продолжал протестовать так громко, как только мог. Но турне приближалось все ближе и ближе, и Северус прекрасно понимал, что он не сможет найти кого-то на место первого гобоя так быстро. И Дамблдор, и преподаватели консерватории решительно заявили Северусу, что им нужен оркестр с сильным гобоем – а Лонгботтом, естественно, таковым не являлся. Так что Поттер остался.
Северус потер лоб. Мысль о том, что Дамблдор одержал победу, а в оркестре Поттер снискал поддержку, была физически болезненной! Но он ничего не мог изменить – этот Поттер останется с ними… По крайней мере, до первого концерта. До их выступления в Париже. Он выполнит пожелание консерватории - пусть в оркестре сыграет именно тот, кого они хотят видеть. А потом… Случайно, - ой, кто мог предположить, что такое могло случиться?! – Поттер облажается. После этого ему придется покинуть оркестр.
Северус потирал руки. Это было слишком легко. Он просто немного попугает Поттера. Затянет гайки – у него будет достаточно времени, чтобы найти ту самую точку, чтобы надавить на нее в нужный момент. Поттер будет слишком взвинчен, чтобы играть правильно, затем он еще немного покуражится и Поттер в кратчайшие сроки уйдет.
Просто подожди, Северус, - сказал он себе. – Еще немного подожди. Все будет хорошо.
**
Дела шли хорошо. Его оркестр, как и предполагалось, был одним из лучших в Европе – если не в мире, - но их сегодняшней игре чего-то не хватало. И это перед самыми гастролями!
Северус потер руками лицо, сдержавшись от крика. Хотя бы, потому что даже если от этого он почувствует себя лучше, ему действительно не хотелось, чтобы оркестр – эта капризная кучка разгильдяев – разрыдался. В конце концов, у них есть еще несколько часов репетиций, и они не вправе терять больше времени, чем уже сделали.
- Еще раз, - прорычал Северус. – И постарайтесь не запороть снова. – Если они это сделают, Северус точно сорвется на крик. Иного пути не было.
Северус посмотрел на Поттера, надеясь найти ошибки в его игре, в его позе, во всем, на что он мог бы указать. Но все, что Поттер показал, было раздражительной нервозностью. Парень выглядел застенчивым пугливым котенком – Северус действительно не видел в нем человека, - но, к сожалению, Поттер не позволил своей нервозности повлиять на игру. Северус застонал.
Он повернулся к отвратительному рыжему:
- Мистер Уизли. Нам всем известно, что вы и мисс Грейнджер собираетесь заняться непотребством, как только закончится репетиция, поэтому, пожалуйста, не могли бы вы воздержаться от раздевания ее глазами на виду у всех? После репетиции я планирую отобедать, так что не портите мне аппетит. – Уизли покраснел до кончиков волос так, что немного смягчившись, Северус быстро повернулся и поднял руки вверх, чтобы начать все с начала.
**
- Он снова посмотрел на меня, - пробормотал Гарри уголком рта, стараясь, чтобы это было как можно незаметнее.
- Кто? Снейп? – спросил Невилл, не поднимая глаз, опасаясь, что может встретиться взглядом со Снейпом. Это было, как посмотреть в глаза василиску – в равной степени парализующе и страшно.
Однако Гарри смотрел не на Снейпа. Это правда, что этот человек смотрел на него довольно часто таким взглядом, вызывая у Гарри беспокойство. Но не от страха, как это было с Невиллом. Он сам не мог объяснить, что означал этот взгляд. Ненависть? Гнев? Нечто совершенно другое? Он не мог понять этого мужчину.
Но это была не такая уж существенная проблема.
- Нет. Это Локхарт. Он сидит и смотрит на меня, словно чего-то ждет.
- Чего, на пример?
- О, я не знаю. Может быть, что я начну перед ним лебезить как Парвати и Лаванда?
Невилл посмотрел на него, едва не фыркнув от смеха, но тут же нахмурился:
- Ты же не думаешь..?
Гарри пожал плечами:
- И не собираюсь. Локхарт этот, - он взглянул на Невилла, - как запор у бегемота во время диеты. – Невилл скосил в сторону глаза, заставив Гарри резко замолчать и спешно вскочить с места.
Обернувшись, парень оказался лицом к лицу с Локхартом - с его ужасной улыбкой во весь рот, которая была столь яркой, что составляла высокую опасность лишить вас зрения.
- Гарри, - мурлыкнул он, а затем повторил имя, перекатывая на языке, словно это давало ему некие магические силы. – Гарри, я забронировал на сегодня номер в Le Ménure.
Гарри моргнул, задаваясь вопросом, что он что-то пропустил. Украдкой посмотрел на Невилла – у того был довольно странный взгляд – и решил, что вроде бы нет.
- Рад за вас… Эээ… думаю, что это хорошо. У вас… вечером свидание?
Локхарт медленно кивнул головой, состроив такую величественную гримасу, какую когда-либо видел род человеческий.
- Глупенький. Это для нас. - Он положил руку на плечо Гарри, подтягивая парня к себе. – Уверен, ты, должно быть, заметил мой… опыт и влияние в СОХ, и подумал, тебе не помешала бы парочка… наставлений. – На последнем слове его рука соскользнула с плеча Гарри и пробежалась вниз до запястья, прежде чем быстро переместилась на его зад.
Гарри немедленно отскочил в недосягаемость от Локхата.
- Это очень… - Противно. Рядом с ним мои кишки просто выворачивает наизнанку. Так бы и придушил тебя голыми руками, а затем позволил бы Сириусу закопать твое тело в саду. - … большая честь для меня, но, боюсь, что не смогу составить вам компанию. – Гарри прервался, ища оправдание.
- Вечер у него уже занят, - быстро сказал Невилл. – Со мной. Роном. И Гермионой.
Локхарт лишь презрительно фыркнул и свысока посмотрел на Невилла.
- Вот как? Ну, Гарри, я уверен, что вы можете все отменить.
На этот раз Гарри был готов:
- Отменить… Было нелегко его спланировать. Если я откажусь, то, боюсь, ребята больше никогда не пригласят меня снова.
Глаза Локхарта сузились, но он не стал подвергать сомнению слова Гарри.
- В таком случае… желаю вам приятно провести вечер, юный Гарри. Я уверен, что найду кого-нибудь другого, кто жаждет пойти со мной. – Он обернулся, резко отбросив волосы назад словно дива, и умчался на поиски другой ничего не подозревающей жертвы.
- Спасибо, приятель. Ты спас мою задницу, - вздохнул Гарри, хлопнув Невилла по плечу рукой.
Невилл только хмыкнул:
- Это намного ближе к истине, чем ты думаешь.
**
Северус ворвался в кабинет Дамблдора – этот старик имел наглость вызвать его! – испытывая отвратительное чувство от происходящего в его оркестре. Поттер здесь без году неделя, и уже позволяет Локхарту лапать себя. Локхарт! Из всех людей в округе! Изворотливый, хитрый мелкий человечишка, чей вкус в одежде был еще хуже, чем способность заткнуться во время пресс-конференции? – и Поттер позволил ему коснуться себя!
Северус схватился за дверную ручку и рывком дернул на себя дверь, ведущую в кабинет Дамблдора, даже не потрудившись ПОСТУЧАТЬ.
Минут через пять…
- Вы что? – прогремел он, прежде чем соскочил с кресла и принялся мерить комнату шагами. Он не мог поверить в стальные нервы этого человека!
- Да, мой дорогой Северус, - Дамблдор спокойно сидел за своим столом. Комната была просто заставлена всевозможными безделушками, и создавалось впечатление - старик только и делал, что собирал их вместо того, чтобы рационально использовать время для своего любимого оркестра.
- Не называйте меня дорогой! – Северус даже не остановился, чтобы взглянуть на директора. – Вы не можете это сделать!
- Боюсь, что могу. Кроме того, это всего лишь небольшое изменение в планах.
- Небольшое? Да вы в своем уме? Вы отправляете нас в Мадрид!
- Да, и считаю, что это правильно.
- Мадрид в Испании. И…
- Тоже верно, - Дамблдор одобрительно кивнул головой, словно поздравил Северуса с великолепным знанием географии, одарив Снейпа улыбкой, заставив пожелать мужчине засунуть в рот старику целое ведро отвратительных приторно-сладких лимонных долек.
- Дамблдор! Отправиться из Парижа в Мадрид, а затем в Германию – безумство! Это будет стоить не только огромных затрат нашего времени, но и денег! – Северусу было очень хорошо известно, если Дамблдор слишком беспечно относится к предстоящим затратам, то его заместитель Минерва МакГонагалл была менее снисходительна к подобному транжирству.
- Вы ведь не думаете, что мы проделаем весь путь до Мадрида на автобусе. Для этого потребуется, по крайней мере, двенадцать часов… и то, если нам повезет.
- Конечно, нет.
- Простите, что?
- Я же сказал: конечно, нет, мой мальчик. Вы все полетите самолетом. И не беспокойтесь о дорогой Минерве – она была введена в курс дела и согласилась со всеми предложенными изменениями… - Дамблдор встал. Это было знаком, что аудиенция закончена.
Прежде чем уйти, Северус послал в сторону директора один из своих фирменных взглядов. Его мозг лихорадочно работал. Если Минерва согласилась на это безумие – отправить целый оркестр из Парижа в Мадрид, а затем в Кёльн – это могло означать только одно: его оркестр пользовался таким спросом, что Мадрид заплатил довольно кругленькую сумму, чтобы ради этого поменялись все планы. И в свою очередь это означало, что они все держали в секрете (даже от Северуса), чтобы никто не потребовал побольше денег от этого тура. О, как они будут удивлены, когда Северус сделает это!
**
- Боже, Сириус, я так нервничаю! – простонал Гарри накануне отлета в Париж. Его такси должно было прибыть в половине седьмого утра, чтобы у него было в запасе было достаточно времени для приезда в аэропорт, регистрации и прогулки по дьюти-фри, прежде чем Снейп открутит ему голову за опоздание.
Сириус вылил последние капли пива в стакан Гарри и подтолкнул его к крестнику. Тот схватил его, в запале даже не взглянув на содержимое.
- Всё будет хорошо, - в пятый раз за вечер молвил мужчина (а может и в пятнадцатый). Вероятно, Сириус и сам не имел понятия, который, поскольку он произносил это автоматически, говоря именно то, что хотел слышать Гарри. Иногда ему удавалось выдать и умную вещь: - Ты упорно трудился – как только подумаю обо всех годах твоего обучения! – и не попал бы в оркестр, если б дирижер и остальные ответственные лица не считали, что ты хорош для этого.
Гарри шмыгнул носом и закачался на стуле.
- Я не знаю. Мне кажется, что Снейп спит и видит, когда я облажаюсь, - сказал он несчастным голосом.
**
Гарри ходил взад и вперед по коридорам концертного зала в день своего дебюта в оркестре. Его уже дважды вырвало за вечер, а желудок все никак не желал успокоиться. Он выпил ромашковый чай, принял настой валерианы, как велела Гермиона (ведьма-травница, как он ее тайно называл про себя), но ничего не помогло. Возможно, это от того, что он слышал, как наполняется зрителями Salle Pleyel. Или, потому что оркестру велели занять свои места и подготовиться. А может, Снейп посмотрел на него своим убийственным взглядом.
Гарри сглотнул, надеясь, что комок в горле надежно перекроет желудок. Тошнота на глазах у двух тысяч человек, несомненно, не принесет ему никакой пользы в оркестре – или перед Снейпом.
- Break a leg*! – (Ни пуха, ни пера!) - крикнул Рон где-то справа от Гарри и махнул рукой. Парень почувствовал, что начинает меняться в лице. Сломать ногу?* Он действительно может сломать ногу, играя на гобое? В конце концов, ему придется стоять на концерте. Возможно, если он не будет вдыхать достаточно глубоко, то может сбиться с дыхания и потерять сознание. Или ослабнуть. И упасть. И сломать ногу. Концерт провалится, и это будет его вина. Снейп вышвырнет его из оркестра быстрее, чем успеет подъехать карета скорой помощи, чтобы забрать его. Чувствуя, как сжимается горло, у Гарри перехватило дыхание.
- Это просто обычное пожелание перед концертом. Успокойся. – Голос Кинглсли Шеклбота вывел его из задумчивости. Мужчина похлопал его по плечу, когда проходил мимо, направляясь к своим литаврам. – Вот увидишь – все будет великолепно.
Слегка успокоенный словами Кингсли, Гарри кивнул и вздохнул еще раз. Он встал на свое место, и занавес поднялся, представив оркестр перед аудиторией, встретившей музыкантов аплодисментами.
**
Гарри убрал гобой в футляр и последовал за оркестром на улицу. Он все еще неуверенно шел на ногах, но, по крайней мере, они были не сломаны. Он не сбился с дыхания и не упал в обморок. И играл он достаточно хорошо. Не виртуозно, чтобы удостоиться стоячих оваций, но достаточно приемлемо, чтобы не заработать окрика Снейпа, когда тот спешно покидал сцену.
Автобусы, нанятые организаторами, уже ждали снаружи, готовые увезти их в ресторан для празднования первого успешного концерта в их турне.
Меню было богатым – особенно его винная карта – и всего было так много, что Гарри растерялся, не зная, что ему выбрать. Он заметил взгляд, которым одаривал его и весь оркестр Снейп – как если бы он чувствовал себя на вершине превосходства. Но до того как молодой человек успел додумать эту мысль, к их столу подошел официант.
- Вы нуждаетесь в помощи с расшифровкой меню, Поттер? – надсмехался над ним Снейп.
Гарри быстро опустил голову, встряхнул ею и, прежде чем посмотреть на официанта, произнес:
- Je prendrai Le Canard à l'orange, s'il vous plaît. Et, pourriez vous me dire quel vin serait le plus convenable en accompagnement? J'aimerai du vin rouge mais je ne saurais pas dire lequel conviendrait le mieux avec le canard.**
Гарри знал, что это было плохой идеей – заказать вино, даже если он будет его пить с большим количеством еды, но здесь все пили вино, и он не мог избавиться от чувства, что он тоже это заслужил. Он только что играл перед парижской публикой в одном из самых известных оркестров в Европе, в конце концов!
Вино принесли прежде блюд, и Локхарт поднялся со своего места, чтобы произнести тост. В общем, Гарри ожидал, что именно дирижер первым возьмет слово, но, видимо здесь эти правила не действовали. Никто не смотрел на Снейпа, во всяком случае, никто не ожидал его выступления, не связанного с каким-либо призрением.
- Мои дорогие друзья! – начал Локхарт, вызывая у Гарри рвотный позыв. Речь обещала быть тошнотворно длинной. Вероятно, главным образом о том, как он был замечательно велик, чтобы снискать восхищение безмозглых скрипачек и арфисток. – Сейчас, когда мы отыграли наш первый концерт здесь, в прекрасном Париже, мне хотелось бы упомянуть, насколько мне дороги парижане. Несколько лет назад я солировал на знаменитой сцене, имея оглушительный успех.
Гарри мысленно переключил Локхарта в режим молчания и сконцентрировался на созерцание вина в бокале, пронизанного мерцанием свечей. К блюду из утки официант порекомендовал ему красное вино, но он позабыл, что именно у красного столь же насыщенный вкус, как и его цвет. Но, в конце концов, теперь это не имело никакого значения.
Он очнулся от своих мыслей, когда Рон вдруг от души начал аплодировать, разделив аплодисменты со всем оркестром. От лиц, сидящих за столом - большая часть оркестра облегченно вздохнула, а Локхарт был смертельно бледным, – Гарри заключил, что Гилдероя банально сделали. Но он не стал допытываться, в чем дело. Вместо этого он быстро поднял свой бокал вместе с остальными. Крики «Ура!» и французское «Santé!»*** хором слились с хрустальным звоном.
На вкус вино было фруктовым, но не тяжелым. Гарри заметил, что оно довольно крепкое, однако, это не остановило молодого человека.
- Ну, как, хорошо? – широко улыбаясь, спросил Рон, и Гарри улыбнулся в ответ:
- Хорошо!
Северус задумчиво рассматривая Поттера, потягивал красное вино (французское и довольно дорогое, разумеется – в конце концов, именно Дамблдору придется оплачивать счета за сегодняшний вечер). Значит, мальчик довольно бегло говорит по-французски. Конечно, это не было замечательным подвигом, однако Северус не мог чувствовать себя слегка… невозмутимым. Судя по всему, насколько Поттер был неопытным, настолько и скучным, размышлял он. Это не означало, что он был не прав в своих суждениях о мальчике. Это лишь означало, что он не рассмотрел его в данном аспекте. Такое случалось. Иногда.
Северус наблюдал за Поттером краем глаза: тот взял маленький кусочек хлеба из плетенки и принялся намазывать на него масло. Мужчина заметил, что Поттер молчал, в основном только слушая и время от времени присоединяясь к смеху за столом – хотя его реакция была немного запоздалой, по сравнению с другими. Как будто он должен был убедиться, действительно ли ему было разрешено присоединиться к остальным.
«Странно», подумал Северус, откусывая хлеб. Это был багет – настоящий, французский, с традиционным вкусом, не то, чем обычно ему подсовывала Великобритания. Казалось, что Поттер несколько отставал в социальных навыках, хотя ему, по-видимому, удалось подружиться с Уизли, Лонгботтомом (ведь они, как соперники, должны были буквально разорвать друг друга, а не становиться друзьями!) и Грейнджер. Не то, чтобы Северус был Принцем социализации – но, по крайней мере, он неплохо знал ее концепцию.
Непонятно.
Гарри над чем-то громко смеялся, когда Снейп поднялся со своего места.
- Вы куда? – Слова вырвались прежде, чем он смог остановить их.
Снейп посмотрел на него сверху вниз (как обычно?) и приподнял бровь. Это были опасные брови, решил Гарри. Возможно, он произнес это вслух – хотя выражение лица Снейпа при этом не изменилось.
- Полагаю, что это не ваше дело, Поттер, но я собираюсь оплатить мой счет, а потом пойду в отель. Могу я получить ваше одобрение?
Где-то в глубине сознания внутренний голос помахал ему своим оружием, крича Гарри, что это риторический вопрос. Однако Гарри ответил:
- Нет, думаю, вы должны остаться.
Те, кто это слышал, ахнули или засмеялись, в зависимости от того, заметили ли они небольшое опьянение Гарри. Снейп хмуро посмотрел на него.
- О, неужели? Что ж, жаль вас разочаровывать, но меня совершенно безразлично ваше мнение. Вообще.
Гарри хотел что-то сказать, но пальцы Невилла сжались на его запястье, заставив посмотреть вниз. Когда хватка ослабла, Снейпа уже не было, а Гарри забыл, что хотел сказать.
**
Это был третий концертный вечер, оркестр готовился к очередному раунду развлечений для публики. Независимо, насколько это было весело, какого признания они добились и сколько денег заработали от игры вдали от дома, музыканты все равно продолжали жаловаться. По крайней мере, до тех пор, пока Снейп не рявкнул на них.
Однако у Гарри были проблемы несколько иного толка. Он переминался с ноги на ногу, обхватив себя руками.
- Чего ждешь, парень? Сходи в туалет! – держа тромбон в руке, Рон с удивлением посмотрел ему в лицо.
- Дело не в этом. Я не хочу писать. Я просто… - Гарри замолчал и провел рукой по волосам. Он не мог этого сказать. Это было смешно. Он не должен был позволить себе так испугаться…
- Что?
Гарри вздохнул:
- Снейп мне кое-что сказал. Он наклонился – очень близко - и шепнул мне на ухо: «Не смей мне испортить эту игру, Поттер. Она должна быть идеальной.
Рон беззаботно махнул рукой.
- Не обращай на него внимания. Он мужик – стальные яйца.
- Но он хочет, чтобы я ушел.
- Он хочет, чтобы мы все ушли. Просто иди и играй, как раньше. – Когда Гарри чуть успокоился, Рон обнял его и добавил: - Оглянись, дружище, тут все нервничают. Даже такие как Кингсли. Конечно, ты не можешь этого видеть, но оно есть. Снейп чертовски пугает нас. Но мы знаем, если постараемся, то всё будет прекрасно. И у тебя, Гарри, все будет хорошо, очень хорошо!
Гарри кивнул и попытался улыбнуться Рону. Казалось, это сработало, потому что Рон ушел, чтобы найти свое место в глубине оркестра. Тем не менее, Гарри все еще невероятно нервничал. И не только от слов Снейпа его ноги стали как будто ватными, но и от горячего дыхания мужчины, которое он почувствовал на своей коже.
**
Они дали еще два концерта в Париже, и каждое выступление имело огромный успех, прежде чем они сели в самолет, чтобы попасть в Мадрид. Перед отлетом большая часть музыкантов, вместо того, чтобы выспаться, довольно бурно провела ночь и теперь, страдая от похмелья, спала в салоне, что стало одной из причин, почему Северус был далеко не в лучшем настроении.
Второй причиной было то, что его план провалился. Да. Не удалось. Сказать, что от этого он был отнюдь не в восторге – вообще ничего не сказать. Ведь его план был безупречным!
**
- ВЫ - ЧТО?! – Рев Снейпа заставил Гарри вздрогнуть, когда он вошел в вестибюль гостиницы. Багаж молодого человека по какой-то причине потерялся и был найден в одном из бюро аэропорта, из-за этого музыкант отстал от группы, чтобы вернуть пропажу. До того, как он вошел в гостиницу, он был рад, что, наконец, добрался до конечного пункта, но сейчас очень сожалел, что слишком быстро нашел свой чемодан. Это ощущение усилилось, когда Снейп развернулся, впиваясь в него взглядом.
- Поттер!
Гарри вновь вздрогнул и поспешил, взывая к небу: что он опять сделал не так? Одна его половинка хотела высказать Снейпу, чтобы тот заткнулся и перестал кричать на него, но ему действительно очень нравилась эта работа. И он очень хотел ее сохранить. Наверно, это был очередной способ Снейпа выгнать его, поэтому Гарри просто придержал язык за зубами.
- Да?
- Поттер, этот джентльмен, - Снейп практически выплюнул это слово, глядя на консьержа, - только что сообщил мне, что мы должны поселиться в одной комнате.
Глаза Гарри распахнулись, но видение, как ни странно, сузилось. Должно быть, так чувствует себя олень, попавший в свете фар. Он знал, что должен идти или сделать хоть что-нибудь, но его ноги, по какой-то причине, отказывались слушаться, поэтому он просто стоял и наблюдал, как на него надвигается огромная махина, и ждал катастрофы. Единственное, что он мог сделать – с трудом сглотнуть.
- Некто ненормальный сделал двойное бронирование. В отеле, подобному этому, в ожидании оркестра. И теперь у них нехватка номеров. А так как все остальные уже заселились в свои комнаты, они решили, что это замечательная идея – поселить вас и меня в одном номере. – Голос Снейпа возрос до того уровня, пока его не услышали все, находящиеся в холле. Консьерж запаниковал – именно этого он и заслуживает, - решил Гарри.
- Мне очень жаль, сеньор, что мы вынуждены поселить вас вместе. У нас бронь для вас и сеньора Поттера на один номер. Я очень сожалею об этом недоразумении, - должно быть, кто-то совершил ошибку при оформлении заказа. – Мужчина быстро перевел дыхание, но сумел продолжить свою речь, прежде чем Снейп мог высказать очередную претензию. – И мне ужасно жаль, что я не смогу сделать никаких изменений в расположении сегодня вечером. Уже слишком поздно, чтобы переселять людей в другие комнаты. Большинство людей вашей группы уже ушли спать.
«Или в бар, что более вероятно», - мысленно поправил его Гарри, стараясь не показать своей догадки. Казалось, что Снейп думал в том же направлении хотя бы потому, что только что фыркнул.
**
В конце концов, Снейп просто схватил ключ и пошел к лифту, в котором они ехали в полном молчании, а Гарри не отрывал взгляда от пола. Интересно, в чем он провинился, чтобы заслужить такое наказание? Это вселенская шутка, если он, конечно, к утру останется жив. Его сердце грозилось выскочить из грудной клетки.
Двери лифта открылись. Чуть дальше по коридору располагался пятачок для курильщиков, где вокруг низенького стола с заполненными пепельницами и разбросанными по полу окурками стояли диваны.
- Я мог бы спать здесь, сэр. Это не проблема. Уверен, завтра утром в отеле найдется для меня комната. Или я могу переночевать в чужом номере. Я не хочу вас беспокоить.
Снейп окинул ряд диванов презрительным взглядом.
- Не будьте смешным, Поттер. Мне нужно, чтобы завтра на концерте вы были в отличной форме. И я не позволю вашему здоровью – и моему концерту – сорваться из-за холодных сквозняков в коридоре и зловонных антисанитарийных диванов. Вы будете спать в моей комнате.
Так все просто. Гарри был не настолько глуп, чтобы попытаться спорить со Снейпом, и просто молча последовал за ним. Сама комната, вероятно, была не такой просторной, к каким привык Снейп, но намного больше, чем обычно были у Гарри. Зато она была уютной, с большим плазменным телевизором, шикарными простынями, а в ванной комнате стояла джакузи. Вот только двуспальная кровать, к сожалению, была одна, но зато королевских размеров.
Гарри снова сглотнул.
- Не стойте там как испуганный котенок, Поттер. Я не собираюсь набрасываться на вас и не сожру, оставив лишь обглоданные кострочки. Просто готовьтесь ко сну. Я очень устал. – С этими словами развернувшись, Снейп направился в ванную.
**
В итоге, Северус не сразу лег спать: он с удовольствием прочел несколько глав в книге, которую приобрел в аэропорту Шарля де Голля. Сам же Поттер извертелся на своем месте, пытаясь уснуть. Было так забавно наблюдать, насколько мальчишке было неудобно, что заметно уменьшило собственный дискомфорт Северуса. Кроме того, Поттер спал в трусах и футболке, и его боксеры мало способствовали сокрытию довольно восхитительных форм пониже спины.
Не смотря на то, что во время сна Северус пребывал в приятных видениях, ему все же удалось утром проснуться без эрекции. Остатки сладких снов не спешили покинуть расслабленное тело, однако Северус утром принял прохладный душ.
Оставив свой номер, они отправились завтракать. По утрам Северус предпочитал выпить две чашки кофе, и лишь потом съесть какой-нибудь тост или бутерброд. Поттер же, казалось, любил набить свой дивот до отвала. По-крайней мере, выглядело это именно так, когда Поттер штурмовал «шведский стол». Северус редко видел тарелку, в которой помещалось такое количество еды. Похоже, что его мог переплюнуть только Уизли, накладывая в тарелку сосиски, жареные яйца и масло.
Репетиция прошла довольно хорошо. Вот только Локхарт попытался в очередной раз заставить Северуса признать его сольным исполнителем. Но Снейпу удалось проигнорировать его, отделавшись минимальным окриком. К вечернему концерту всё было готово.
**
Как только медленно затихли последние тяжелые звуки «Poco Allegretto» Брамса, уступая место аплодисментам, наполняющим зал, Гарри глубоко вздохнул. Концерт едва начался, и сейчас им предстоит играть Яна Сибелиуса – сложный и очень красивый фрагмент одного из его произведений. Снейп посмотрел на него взглядом, полным предупреждения, как он делал каждый раз, но по некоторым причинам, сейчас он не содержал в себе угрозы. Было в нем что-то такое, что Гарри не смог угадать.
Почему со Снейпом настолько сложно? Было б намного проще, если бы он знал, что хочет этот человек. Сначала он был так враждебно настроен. А сейчас… сейчас Гарри не знал, что думать. Он пережил ночь и проснулся, не услышав в свою сторону ни единого комментария о его спящих привычках – вообще никаких оскорблений. На самом деле, Снейп выглядел расслабленным и даже, казалось, утром пребывал в превосходном настроении после первой ночи, проведенной вместе.
Если честно, Гарри не смог удержаться от соблазна украдкой взглянуть на Снейпа, когда мужчина вышел после душа. Не то, чтобы Снейп вышел из ванной голым – он был одет в нижнее белье и выглядел гораздо лучше, чем ожидал Гарри. И дорожка волос, ведущая вниз… Гарри покачал головой. Нет-нет. Он не хотел думать об этом. Особенно здесь, на глазах у всех этих людей.
Гарри вышел из комнаты сразу после того, как понял, что таращится на задницу Снейпа. Он тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться, но Снейп вновь посмотрел на него, и парень почувствовал волнение, вдруг припомнив, что проснулся посреди ночи, и только спокойное дыхание мужчины вновь усыпило его.
Гарри надеялся, что время поможет ему понять Снейпа, но сейчас, наблюдая за этим человеком несколько недель, он уже ни в чем не был уверен – ни на один вопрос он не нашел ни одного ответа. Вместо этого их становилось только больше. Так почему сердце Гарри начинало биться быстрее от каждой секунды внимания, обращенного к нему?
Первые звуки Второй симфонии Сибелиуса заставили его сконцентрироваться на игре.
**
Сосредоточенность на лице Поттера уже несколько раз была замечена Северусом, но сегодня он казался еще более сконцентрирован, чем обычно. Поразительно, как меняется Поттер, когда подносит гобой к своим губам. Без инструмента он казался застенчивым и замкнутым, и очень неуверенным в себе, от чего Северусу хотелось сделать одно: схватить мальчика за плечи и как следует встряхнуть. Но когда Поттер подносил гобой к губам, его лицо становилось открытым и страстным. Он наверно и не знает, что становится таким, когда спит. Северусу хотелось чаще видеть его вот так. Он сказал себе, что это исключительно для сцены, но сам не верил в это. Той ночью с мальчиком в его кровати, казалось, его подсознание сделало самостоятельный выбор, а его сны были довольно… интересными.
Может, это было из-за прошлого Поттера? То, что преследовало его? Конечно, Северус слышал кое-что о новеньком. Его оркестр был просто кладезем всевозможных слухов и сплетен, и даже начальство (да, в данную минуту он не мог не подумать о Дамблдоре) было не лучше. Естественно, Северус прислушивался к ним, поскольку он должен был знать, что твориться в его оркестре. В ином случае, вряд ли кто ему даст всю информацию о себе добровольно.
Родителей у Поттера не было – по слухам, это была автомобильная катастрофа. Он рос у дяди и тети, пока крестный отец не забрал его к себе – Северус не знал, по каким причинам Поттер решил сменить условия жизни. Приятель этого крестного как-то взял с собой Поттера на концерт симфонической музыки – возможно, там они и встретили Дамблдора, старого друга семьи. Поттер проявил интерес к гобою, и ему предложили попробовать. Учитель Поттера заметил в мальчике талант к игре, и хоть тот был несколько старше других музыкантов, вскоре его отправили учиться в лучшие музыкальные школы Европы.
У него довольно интересная биография, нашел Северус. Но в ней было слишком много темных пятен, которые необходимо заполнить информацией. Однажды он заставит Поттера рассказать ему всё.
Наблюдение так же показало, что у Поттера был потенциал. Конечно, можно было услышать, что он хорош, но то, что как музыкант он начал играть поздно, говорило, у парня было слишком мало времени, чтобы познать свой инструмент в полном объеме. И всё же, ему удалось им овладеть, словно это было единственным доказательством: Поттер может гораздо больше, чем видно с первого взгляда. Разве только у Поттера был грамотный наставник…
**
- Поттер, задержитесь. Я хочу поговорить с вами, - сказал Снейп, едва опустился занавес в последний раз. Гарри бросил испуганный взгляд в сторону Рона и Невилла, но те только поморщились и постарались удрать как можно быстрее, чтобы у Снейпа не возникла идея поговорить и с ними тоже.
Вот оно. Наступил тот момент, когда Снейп прикажет ему забрать свои вещи и исчезнуть. Наверное, он поживет какое-то время с Сириусом, пока не найдет где-нибудь работу. Возможно на севере в одном из маленьких городков. Там есть вполне неплохие оркестры. И жизнь будет более спокойной. Не так много работы… и никаких гастролей. Гарри понурил голову.
- Да, сэр? – Интересно, в какой части он напортачил? Он не заметил каких-либо ошибок в своей игре, но обычно он растворялся в своей музыке, так что все могло быть. Из-за этого он довольно часто получал нагоняй от своего учителя.
- Я заметил, как вы играли сегодня, и…
- Что я сделал неправильно? – спросил Гарри, а потом просто покачал головой: - Хотя, это уже не имеет значения, верно? Пойду, упакую свои вещи. Самолет летит сегодня. Думаю, я еще успею попасть на него. – Он повернулся, грустно и несколько разочарованно вздохнув. Он ожидал, что ему в след полетит презрение в подтверждении его слов, но не руку, которая, схватив его за плечо, резко развернула в обратную сторону.
- Мне не нравится, когда меня прерывают, Поттер. Я не люблю, когда люди считают, что прекрасно знают, что я хочу сказать. Особенно, когда они неправы.
- Неправы, сэр? – Гарри не мог заглушить надежду, расцветающую в его груди. Он смотрел на нахмурившегося Снейпа, но никакого по-настоящему опасного гнева не увидел, и глаза его расширились.
- Ошибочные выводы. Поскольку я сказал: я заметил, как вы играли и удовлетворен вашим сегодняшним выступление, но я думаю, вам есть еще чему поучиться.
Гарри уставился на Снейпа, не понимая, что этим хотел сказать мужчина. То, что он был не достаточно хорош? Но он сказал, что удовлетворен работой Гарри. Если это так, то, что не так?
- Сэр?
Снейп потер лоб.
- Вы не понимаете, да? То, о чем я говорю, Поттер, это то, что я хотел бы вам дать несколько уроков. Я полагаю, что у вас есть большой потенциал, и я планирую заставить вас использовать его.
Одна секунда. Другая. Гарри сглотнул. Он хотел спросить, почему Снейп предлагает ему это, но побоялся спугнуть свою удачу. Снейп предлагает обучать его… один из самых лучших современных дирижеров… как он мог сказать нет?
- Это… это было бы замечательно! – И страшно. – Спасибо, сэр!
- Ладно, - фыркнул Снейп. – Мы начнем завтра после репетиции. Вам придется остаться. – С этими словами Снейп ушел, оставив Гарри в полном одиночестве на сцене, заставив широко распахнуть глаза от удивления.
**
Реакция друзей на эту новость была вполне предсказуемой.
В то время как Невилл только пискнул и посмотрел на него так, словно бросился со скалы, если б был на месте Гарри, Рон закричал:
- Он что?
Гарри открыл рот, чтобы объяснить еще раз: он по-настоящему ценил, что Снейп сделал для него - мало кто мог похвастать тем, что его обучал кто-то столь знаменитый, как Снейп, - как Рон вновь опередил его:
- Хотел бы я посмотреть на это.
- А?
- Ну, Гарри, - откашлялся Невилл. - Снейп никогда не предлагал что-то подобное никому из нас, - и тихо пробормотал: - Слава Богу, - что не осталось незамеченным.
- Должно быть, ты ему действительно очень понравился, если он решил сделать это для тебя, - мудро заметила Гермиона, до сих пор не проронившая ни слова.
Но Гарри покачал головой. Он понравился Сейпу? Да скорее ад замерзнет, чем случится подобное. Снейп хотел, чтобы его оркестр был лучшим. Хотел продвижения по службе или что-то подобное. Если он будет учить Гарри, то, безусловно, получит желаемое. От этого его всемирная репутация взлетит на небывалую высоту.
- На твоем месте я был бы осторожнее, - добавил Рон. – Наверняка, он хочет залезть тебе в штаны.
- Не глупи, Рон! – запротестовал Гарри. Конечно, Снейп не хочет его. И, нет, определенно, нет, его сердце не станет биться при мысли об этом.
**
Три дня спустя они прибыли в Кёльн – Германия - как раз в разгар Рождественской недели. Даже аэропорт был украшен гирляндами, отовсюду звучали рождественские гимны. Музыканты очень устали: пусть перелет и занял не более двух часов, они еле плелись в автобусы, готовые увезти их в отель, расположенный на восточном берегу реки, разделяющей город.
Гарри прислонился к холодному окну, и от его дыхания стекло запотело. Парень лениво наблюдал за причудливыми тенями, вглядываясь в ночь. Он читал, что в городе можно увидеть большой Кафедральный Собор – Дом – отовсюду, где бы вы ни оказались, и смог на деле убедиться в этом. Даже издали он все еще мог видеть величественное здание и огни, освещавшие его. Он гадал, будет ли у него время, чтобы посмотреть город в отличие от Мадрида, где большую часть свободного времени он провел на дополнительных занятиях. Возможно, он сможет уговорить Снейпа, посетить с ним хотя бы Собор. Да только верилось в это с трудом.
Послышался шорох, затем пронзительный сигнал, объявивший, что кто-то взял микрофон. Музыканты, кто с удивленным восклицанием, кто с испуганным видом начали перешептываться. Всё, что будет сказано в этом автобусе, автоматически транслировалось в остальные – Снейпу нравилось доносить дурные вести лично.
- Просыпаемся, - довольно грубо прозвучало вместо приветствия, но никто не удивился – послышалось легкое откашливание, и голос продолжил: - В наших планах произошли некоторые изменения. Как мне только что сообщили, в Кёльне к нам присоединиться Драко Малфой. – Где-то послышались стоны, где – хлопки, из чего Гарри сделал вывод: оркестр, должно быть, уже сотрудничал с этим Драко Малфоем. Конечно, он и сам слышал о Малфое. Он был одним из самых известных пианистов в Европе, и пусть Гарри никогда не видел его живьем, он знал по записям, Малфой был превосходным музыкантом.
К сожалению, это ничего не меняло: Малфой был сольным пианистом – убийственная комбинация для заинтересованного оркестра. Мало того, что солисты отвлекали на себя все внимание от остальных страждущих музыкантов (особенно, от таких как Локхарт), сольные пианисты заслоняли собой большую часть оркестра.
- По этому поводу я не желаю слышать никаких жалоб. Я ясно выразился? – рыкнул Снейп. Гарри не мог сказать, был ли Снейп доволен или рассержен этим изменением. Но и спрашивать не собирался. – Как вы можете себе представить, это так же означает изменение в программе, которую мы будем играть. Мы уберем Шуберта и возьмем «Второй концерт для фортепиано» Листа. Утром вы получите ноты, и я ожидаю, что на первой репетиции вы будете в состоянии их сыграть. – Микрофон вновь пискнул и Снейп умолк.
Гарри откинулся в кресле.
**
Ночь была короткой, но, по крайней мере, у них было достаточно кофе, ожидающего полусонных муыкантов перед репетицией. Гарри вцепился в свою чашку, словно в спасательный круг и благодаря закрывающимся глазам он едва не пропустил прибытие сольного артиста. Он всегда подозревал, что соло-артисты выдающиеся и блестящие – Драко Малфой излучал и то, и другое. И даже больше: он был опасным, сияющим и очень красивым.
- Здравствуйте, рад снова видеть всех вас! – крикнул блондин, получив в ответ лишь вялое бормотание от оркестра. Пожав плечами, он направился к столику с кофе. Затем его взгляд упал на Гарри.
- Ну, привет, - сказал он, с интересом глядя на парня. Гарри неуютно поежился, почувствовав себя подобно червю в стерильной чашке, которого вот-вот будут разрезать. – Драко Малфой.
Гарри принял руку, протянутую Малфоем, и пожал ее.
- Гарри Поттер. – Боже, он еще недостаточно проснулся, чтобы поддерживать беседу, по крайней мере, с тем, кто задержал его руку слишком долго.
- На каком инструменте вы играете, Гарри?
- Я – первый гобой, - Гарри сделал большой глоток, пытаясь открыть глаза.
- Первый, да? Неплохо. – Малфой улыбнулся – он казался таким искренним – и Гарри улыбнулся в ответ.
- Да, я тоже так думаю.
- Как давно вы в оркестре? Я не видел вас раньше в коллективе Снейпа.
- Вы работали с ним раньше? – поинтересовался Гарри. Малфой кивнул. – Я только начал. Присоединился прямо перед турне.
- Это так? – поджав губы, Малфой посмотрел на него, словно собирался что-то добавить, но в этот момент Снейп ворвался в помещение словно ураган, его взгляд упал на Гарри и Малфоя, в черных глазах мелькнули искры. – Э-э-э, лучше пойти сесть на свое место. Кажется, сегодня он в ужасном настроении.
**
По-видимому, Малфой был прав, поскольку этим утром Снейп был настоящим ублюдком. Это не изменилось даже тогда, когда они приступили к индивидуальным занятиям. Снейп отдавал приказы Гарри и, казалось, вечно был недоволен, что бы тот не сделал. В конце концов, Гарри потребовалась вся его выдержка и сила воли, чтобы он спросил Снейпа об обеде.
- Сэр, я хотел спросить… - Гарри помедлил и остановился. Как он должен спросить это у Снейпа, чтобы остаться с головой на плечах?
- Выкладывайте как на духу, Поттер, у меня нет свободного времени.
- Ну, я хотел спросить… про обед, и все… мы могли бы пойти в центр города и перекусить там? Я хочу посмотреть на Собор и Старый Город. – Стараясь не смотреть на Снейпа, он положил гобой в футляр.
- Мне плевать, что вы планируете делать, Поттер. Я не ваш сопровождающий, - огрызнулся Снейп, схватив партитуры, которые принес с собой.
- Нет, я имел в виду, что мы могли бы пойти вместе. Мы – только вы и я. – Гарри почувствовал, что краснеет от макушки до пят. Это был бы просто обед между музыкантом и дирижером. Ничего особенного. Вообще ничего.
Поскольку Снейп не отвечал, а пауза становилась все длинней и длинней, Гарри вздохнул. О-о, кого он пытается обмануть? Конечно, это был бы не обычный обед. Он никогда бы не был обычным со Снейпом! Гарри не знал, что делать с этими чувствами, переполняющими его грудь, но что он действительно знал – ни одна из его идей, что он навязывал дирижеру, – он чувствовал, что хотел бы сделать вместе с ним, - не была уместна.
- О-о, - наконец ответил Снейп, и его голос оказался не таким колючим, как раньше. На самом деле, почти приятным. Гарри посмотрел вверх. – Ну. В таком случае… да. Почему бы и нет?
Гарри просиял:
- Здорово! Я только захвачу свое пальто, и тогда мы сможем поехать!
**
В общем, нет ничего необычного, сказал себе Северус, когда они с Поттером медленно прогуливались по центру Кёльна. Старый Город и Собор были практически рядом с Филармонией, где они репетировали, и будут выступать. Таким образом добраться до центра не составило ни малейшего труда.
Поттер хоть и был голоден (мальчик вечно что-то жевал – словно боялся умереть от голода), сначала хотел увидеть Собор и Северус согласился, опасаясь, что обед вряд ли пройдет тихо, если он не пойдет ему на уступки.
Собор хоть и был наполнен туристами, все же оставался тих и прохладен. Монахи, одетые красно-черные одежды, бродили вокруг: одни носили на шее коробки для пожертвований, другие наблюдали за зеваками.
Испытывая благоговейный страх, мужчины замерли, рассматривая, как сквозь оконные витражи падал солнечный свет, контрастируя с темно серыми столбами и полом. Крыша собора была невероятно высокой, как и весь внешний вид Дома. Северус заранее кое-что прочитал о Соборе – ему нравилось узнавать некоторые факты о тех местах, где ему довелось побывать, - и рассказал Поттеру, что потребовалась не одна сотня лет, дабы построить столь величественное сооружение. Видимо, люди начали строить его еще в XIII столетии, и смогли закончить только в XIX веке.
Поттер указал на что-то в глубине Собора и пошел вперед, но Снейп еще не закончил осмотр и остался на месте. Внезапно чья-то рука схватила его ладонь и потянула – конечно, Поттера, теплая, сильная, но все же, намного меньше, чем его собственная - и словно ребенок, Северус позволил себя увести.
Поттер повел его дальше вниз по рядам, пока в их поле зрения не появилось еще одно окно. На нем не было каких-либо изображений святых или Иисуса, только квадраты. Тысячи разноцветных квадратов.
- Es ist wunderbar, nicht wahr?"* - сказал кто-то рядом.
Повернувшись, Северус оказался перед одним из монахов. Слегка удивившись, Северусу потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить свой подзабытый немецкий. Он прочистил горло:
- Ja, sehr.
- Es wurde von Gerhard Richter gefertigt und dieses Jahr endlich eingesetzt. Nicht alle befürworten das Fenster, aber ich persönlich finde es wunderschön, - сообщил мужчина, и улыбнулся.
- Es ist mit Sicherheit anders als die anderen. Und es strahlt, - добавил Северус. Священник кивнул и молча удалился.
- Что он сказал? – спросил Поттер, потянув Северуса за руку, чтобы привлечь к себе внимание. Только сейчас он заметил, что все это время они держались за руки, но священник, который, безусловно, видел это, даже глазом не моргнул. Северус быстро выдернул свою руку из руки Поттера, игнорируя внезапный холод вокруг нее.
- Только то, что ему очень нравится окно, а создал его художник по имени Рихтер, - ответил Северус, потирая руки, и повернулся, чтобы взглянуть на алтарь на северной стороне Собора.
**
Они нашли небольшой ресторанчик в Старом Городе «Der Walfisch», название которого Снейп перевел как «Кит». Изнутри он выглядел как типичный немецкий ресторан-паб: деревянные лавки и длинные столы, которые обычно делишь с другими посетителями. Многие местные жители приходили сюда пообедать – это хороший знак, сообщил Снейп.
Гарри заказал Spätzlepfanne, Снейп Gefülltes Schweineschnitzel а так же два пива (официант их поправил, сообщив, что это не пиво, а Kölsch).
Приподняв запотевшие кружки (один из признаков, что пиво было действительно свежим), они со звоном чокнулись, и Гарри, пробормотав вслед за Снейпом «Ваше здоровье»,выпил.
- Так… - начал Гарри, но вдруг замолчал, не зная, что сказать. Он стал обдумывать доступные темы: Этот ресторан действительно хорош? Что еще я могу заказать? Город весьма интересен? Хорошая погода?
- Как вам нравится играть в моем оркестре, Поттер? - спросил Снейп.
Гарри вертел в руках картонную подставку под пивную кружку, на которой была изображена реклама пива Walfisch («Sünner Kölsch – Kölsch von seiner schönsten Seite!»), обдумывая ответ. В конце концов, он решил пойти короткой дорогой - путем правды.
- Очень нравится, - застенчиво улыбнулся Гарри. – Мне нравятся произведения, которые вы выбрали для исполнения, и оркестр просто замечательный. – Он сделал еще один глоток пива – бокал был уже наполовину пуст, - не обращая внимания на румянец, появившийся на его щеках. – И вы – великий дирижер.
Судя по выражению лица мужчины, должно быть, в этом признании было кое-что, чего Снейп не ожидал услышать, хотел он этого или нет. Он немного опустил голову, скрыв от Гарри свое лицо.
- Спасибо, - наконец, сказал он, понизив голос, и посмотрел на Гарри таким взглядом, от чего молодой человек слегка растерялся.
После обеда они гуляли вдоль реки, глядя на маленькие суда, ожидающие туристов, предлагая маленькие водные обзоры. На набережной было оживленно: праздно гуляющие люди, освещенные зимним солнцем, весело шутили и смеялись. Как-то само собой рука Поттера оказалась в руке Северуса, по-видимому, найдя в ней поддержку: походка молодого человека была не совсем устойчивой, хотя сам мужчина пьян не был. Северус почувствовал эффект алкоголя на себе, даже если это совсем чуть-чуть – в конце концов, он был покрепче Поттера – и сделал для себя небольшую пометку: никогда не недооценивать немецкое пиво, независимо от того, насколько бы маленькой не была его крепость.
Они почти не разговаривали друг с другом, решив пешком дойти до отеля. Поттер что-то бормотал насчет того, что свежий воздух будет им только на пользу, и Северус с ним согласился. В ближайшее время у них должен состояться концерт, и он хотел, чтобы все его музыканты были в отличной форме.
**
- Где ты был целый день? – полюбопытствовал Рон, когда Гарри, наконец, вернулся в номер. У него был хитроватый голос, и Гарри, вздохнув, тихо выругался сквозь зубы, ну почему именно сегодня Рон не ушел в комнату к Гермионе? Обычно эти двое использовали очень хитрые и умные отговорки, чтобы остаться наедине: то у Гермионы не работал телевизор, и его нужно было срочно исправить, либо Рон просто ждал, когда Гарри уснет, чтобы тихо улизнуть. Им просто повезло, что девушка делила одну комнату с Лавандой, поскольку ее соседка почти никогда не ночевала в своей комнате.
- Я осматривал достопримечательности. – Гарри бросил пиджак на кровать, потом передумал и плюхнулся на нее сверху. Он прикрыл лицо ладонями, чтобы никто не увидел его румянца. На самом деле, он и не собирался отнимать ладонь из руки Снейпа, пока они не дошли до гостиницы. Интересно, что об этом подумал Снейп? Что он цеплялся за него, как безумно влюбленный прилипала? Он был слишком… нетерпелив? О, боже, он почувствовал, что его лицо начинало гореть еще сильнее.
- Один? – Рон перекатил слово по языку, словно это была карамель. По крайней мере, казалось, что он просто наслаждался происходящим.
Гарри застонал. Какой смысл был во лжи, что он делал и с кем? Он был уверен, что, возможно, кто-нибудь из оркестра видели его и Снейпа вместе, и если он станет отрицать, то все вокруг подумают, что они были… они делали… (он покраснел еще больше).
- Нет, не один. Я был со Снейпом.
Рон изобразил сердечный приступ и схватился за грудь – во всяком случае, это выглядело именно так. Возможно, это веселило Рона, но поскольку они говорили о Снейпе, то вряд ли.
- Проводить время с этим стервятником! Гарри!
- Что?
- Ты с ума сошел?
- Рон. Он может быть… эээ… ладно. Если тебе так хочется, - Гарри сложил руки на груди. Правда, никто никогда не назовет Снейпа солнышком – представляю реакцию Снейпа (Гарри содрогнулся) – да и он никогда никому не скажет ничего хорошего или что-нибудь в этом роде, но он может быть довольно приятным. Иначе, Гарри никогда не стал бы с ним общаться, верно?
Рон фыркнул:
- Ты знаешь, что? Этот человек… у него никогда не бывает «все хорошо». Он скупая, угрюмая, старая сволочь. И единственная причина, почему он относится к тебе по-другому, потому что хочет залезть к тебе в штаны.
- Нет! – Гарри резко сел. Не поэтому он и Снейп поладили! Он понравился Снейпу. Ладно. Мужчина ценил его. Более или менее. Они нашли общий язык. – Снейп ценит мою музыку!
Рон печально покачал головой, процедив:
- Ах, да, частные уроки. Ты же хороший гобоист, Гарри. Почему Снейп предложил тебе индивидуальные занятия, если у него нет какого-то тайного умысла или коварного плана на стороне? Особенно, если он никогда не предлагал их никому из нас? Я тебе прямо скажу, приятель – он просто хочет трахнуть тебя.
Гарри посмотрел на Рона, потом откинулся на спину и перекатился на бок, отвернувшись от него:
- Я тебя не слушаю.
**
окончание следует...