Я считаю до пяти Автор: Jes Parker
Переводчик: Infiniti
Размер: миди
Рейтинг: R (авторский)
Пейринг: СС/ГП
Жанр: MPREG, hurt/comfort, Angst, AU (авторский)
Саммари:Гарри узнает, что беременный, вот только для того, чтобы дожить до рождения ребенка, он должен найти свою родственную душу. Проблема лишь в одном – захочет ли «вторая половика» того же.
Disclaimer: Ни на что не претендую. Все принадлежит маме Ро, хотя трудно назвать матерью женщину, которая так жестоко относится к своим детям… А я так, мимо пробегал.
ЗЫ: от себя - куча штампов, травянистая трава... Просто одному хорошему человеку захотелось почитать что-нибудь в этом духе. Не смог отказать. читать дальше
*~*~*~*
- Мистер Поттер, это так мило с вашей стороны, что вы осчастливили нас своим присутствием, - рявкнул Снейп в своей снейповской манере с кафедры класса, где стоял над кипящим котлом, держа в руке фиал, содержимое которого собирался влить в бурлящую массу.
- Простите, профессор, - тихо произнес Гарри, садясь на своё место и кладя книги на парту в молчаливой покорности.
- Десять баллов с Гриффиндора и отработка в моем кабинете сегодня в семь вечера. Сделайте милость, извольте прийти вовремя, Поттер.
- Да, сэр, - Гарри опустил глаза и перевернул страницу в учебнике, чтобы найти рецепт зелья, который варил класс.
Взгляд Снейпа задержался на лице Гарри мгновением дольше, чем требовалось, прежде чем алхимик вернулся к своему занятию.
Как бывает со всеми великими, Снейпу вместе с семикурсниками удалось за час приготовить сложнейшее зелье. Как только урок подошел к концу, Снейп, изящно взмахнув полами мантии, вышел из класса в свою лабораторию, позволив двери громко хлопнуть позади себя. Он вздохнул, тяжело дыша, прислонившись к двери спиной, откинув голову назад, переводя дух. Гарри стоял по другую сторону в пустом классе, глядя на дверь его возлюбленного, - вернее, бывшего возлюбленного – отступив назад. Он поднял руку, чтобы постучать, но потом, вздохнув, медленно покачал головой, развернулся и грустно вышел из кабинета.
*~*~*~*
Часы медленно отсчитывали время. Снейп нервно поглядывал на циферблат и уже не в первый раз переосмысливал свои отношения с Гарри. Их сближение происходило постепенно на протяжении многих лет и, наконец, в один прекрасный день, когда начался очередной виток борьбы с Волдемортом, влечение переросло в потребность. Их первый раз был в лесу на ковре из травы и листьев. Позже, когда миссия завершилась, и Волдеморт исчез, опять же Снейп пытался донести до Гарри, что их отношения не могут продолжаться, хоть сердце требовало обратного. Гарри ничего не желал слышать, и их отношения со временем лишь расцветали. Прошли месяцы, и угроза в лице Темного Лрода вновь вернулась на круги своя. Напряжение отношений профессор/студент становилось сильнее и Снейп почувствовал, что задыхается. Последняя ночь страсти переросла в ссору, ссора в спор, а спор в поле боя. И Снейпа переклинило. Он сказал Гарри ужасные, непростительные вещи, наблюдая с острой болью в сердце, как побледнело лицо парня. Вздохнув, зельевар сел за письменный стол.
С тех пор они едва перекинулись парой слов, хотя прошло всего несколько дней и сердце Снейпа болезненно сжалось, когда он отчитывал своего молодого любовника. Единственное, что когда-либо желал Гарри, чтобы его любили, любили целиком и полностью, без остатка. Снейп даже представить себе не мог, что жизнь Гарри у Дурслей была настолько ужасной и никогда не забудет, какой испытал шок, когда узнал истинный масштаб этого кошмара. Гарри никогда не знал ни любви, ни ласки. Его родители умерли до того, как он мог что-либо помнить. Как и любовь, которой они одаривали его. И когда он нашел то, о чем мечтал, Снейп безжалостно всё уничтожил одним взмахом руки.
Снейп вздохнул и вновь посмотрел на часы: стрелка медленно скользнула к цифре семь. Еще немного, и Гарри опоздает на отработку. Пока Снейп размышлял, дверь в его кабинет с легким щелчком приоткрылась, и в проеме показался объект его мыслей.
Зельевар отметил темные круги, побледневшее лицо, растрепанные волосы и перевел пристальный взгляд на унылые зеленые глаза. Он шагнул вперед, невольно отмечая отсутствие каких-либо эмоций в обычно красивых сверкающих зеленых омутах, протянул руку, замер и безвольно уронил ее вдоль тела.
- Вы опоздали, - произнес мужчина, резко развернувшись на каблуках и, обойдя стол, сел в кресло. Гарри вздохнул, но ничего не сказал. Подняв голову, Снейп наблюдал, как его студент переминается с ноги на ногу, явно чувствуя себя неловко в данной ситуации.
– Сядьте, Поттер. У меня от вас кружится голова.
Гарри вздрогнул от резко произнесенной фамилии, но подчинился, усаживаясь на свободный стул перед столом профессора. Снейп вновь посмотрел на него тяжелым взглядом.
- Объясните, что могло произойти столь важное, что заставило вас опоздать на мой урок?
- Я проспал, - просто ответил Гарри.
- К третьему уроку? – Снейп приподнял бровь. Гарри пожал плечами. – И что профессор МакГоннагал и мадам Хуч говорят о вашем отсутствии на их занятиях? Мне на самом деле интересно.
Гарри снова вздохнул.
- Ничего. Просто попросили меня обратиться к мадам Помфри.
Бровь Снейпа поднялась еще выше.
- Могу я спросить, почему они обратились к вам с этой просьбой?
Гарри вновь пожал плечами:
- Возможно, потому что я уже в третий раз пропускаю их занятия, - парень отвел взгляд.
Снейп зацепился за этот маленький кусочек информации.
- Вы хорошо себя чувствуете? – в голосе мужчины звучало истинное беспокойство.
- Просто устал, - выдохнул Гарри.
- Вы были у мадам Помфри? – встревожено спросил Снейп.
- Пока нет.
Пришла очередь Снейпа вздыхать.
- Клянусь, Поттер, время от времени вы можете быть слишком упрямы, - рыкнул алхимик, вставая.
- Я пойду завтра, если почувствую себя лучше. Наверняка, ничего страшного. Я чувствовал себя намного хуже, пока жил с дядей и тетей, – решительно заявил Гарри, и Северус, отступив, сел на место.
- Гарри, - начал Северус, но Гарри его прервал:
- Почему ты больше не любишь меня?
От неожиданности Снейп открыл рот, потом закрыл и вновь открыл, прежде чем прочистить горло.
- Мы уже говорили об этом, Гарри.
- Нет, не говорили. Ты вопил, кричал и орал, что я еще незрелый юнец, что наши отношения неправильные. Ты пошел на поводу у Волдеморта и Дамблдора, и у всех остальных в этой чертовой школе, но, ни разу не объяснил мне, почему не любишь меня, и почему мы не можем быть вместе, - хрипло закончил он.
- Гарри, что бы сделал Волдеморт, узнай, что мы вместе?
- Это нечестно, Северус, раньше тебя это не беспокоило.
- Да, Гарри, это так. Я просто не думал об этом. Если б Волдеморт узнал про Гарри... – Снейп приостановился, не желая озвучивать свою мысль.
- Он бы этому не обрадовался и никогда не простил тебя за меня, - вздохнул Гарри.
Северус едва не поперхнулся.
- Меньше всего меня заботит, что станет со мной, Гарри. Речь идет о том, что он сделает с тобой, когда узнает про нас. Когда поймет, что на свете есть кто-то, за кого у меня болит душа. И как он может использовать меня против тебя и наоборот. Это небезопасно.
- Он не узнает.
- Он узнал бы.
- И что с того, если ему станет известно? Ты сам сказал, что последнее время стал для него ценным шпионом. Ты говорил, что твоя деятельность под угрозой, так зачем рисковать неизвестно для чего?
- Я сделал это ради тебя, - спокойно ответил Снейп.
Гарри сидел словно оглушенный.
- Ты бы рискнул своим прикрытием ради меня?
Вздохнув, Снейп поудобнее разместился в кресле.
- Моя секретная информация не раз спасала тебе жизнь, Гарри. Если ты до сих пор не понял, Волдеморт мечтает увидеть тебя мёртвым.
Гарри покачал головой, ответив вполне в духе Снейпа:
- Как бы мне не трудно было это говорить, Северус, тебе не стоит рисковать собой ради меня.
- Я делал это и прежде.
- Тебе не придется делать это снова.
Они застряли в тяжелом противостоянии. Две пары сверкающих решимостью глаз. Нежелание уступить другому ни на каплю.
Не один из них не мог отказать себе в удовольствии оставить за собой последнее слово.
- Ты не сможешь остановить меня, - мягко произнес Снейп.
- Могу, - последовал тихий ответ.
- И как, позволь спросить, ты это сделаешь?
- Сдамся.
Снейп лишился дара речи, но в последний момент, облизнув вмиг пересохшие губы, осторожно произнес:
- Тогда мы пойдем вместе.
Гарри откинулся на широкую спинку стула и окинул профессора прохладным зеленым взглядом. Он совершенно не ожидал такого поворота событий.
- Значит, ты всё еще любишь меня.
Снейп издал утробный рык.
- Клянусь, Поттер, - прошипел он. Гарри лишь скрестил на груди руки, и легкая улыбка тронула уголок рта. Снейп прикрыл глаза. - И никогда не переставал, - добавил шепотом. – Но это невозможно.
Гарри молча поднялся со своего стула, кивнул головой и вышел из комнаты, не дождавшись разрешения. Северусу Снейпу оставалось лишь смотреть ему вслед.
*~*~*~*
Они очень хорошо скрывали свои отношения. И провели вместе более восьми месяцев до той роковой ночи. Единственным человеком, который знал обо всем, был Дамблдор. Старый волшебник лишь улыбался, не пряча упрямого блеска в глазах. Снейп догадывался, что от Дамблдора никогда и ничто не могло укрыться. Старик всегда всё знал. Порой он знал намного больше, чем хотелось бы, и это вызывало доверие.
Таким образом, Снейп знал, что они, вероятно, могли бы сохранить их отношения втайне от Волдеморта. И даже если бы они этого не делали, Дамблдор больше не заставлял бы его шпионить, независимо от того, к каким бы последствиям не привело это решение. Дамблдор настаивал, что они найдут иные способы укрыть Гарри, но риск его собственной жизни был слишком велик, а Снейп знал, что ослушаться Альбуса Дамблдора было себе дороже. Хотя, если б так случилось, и жизнь Гарри оказалась под угрозой, то даже приказ директора не удержал бы зельевара сделать всё, что в его силах, чтобы защитить юного Гарри Поттера.
Тот факт, что Гарри все еще был его учеником, был не слишком значителен. Через два месяца Гарри получит диплом об образовании и больше не будет студентом Хогвартса. Он будет волен сам выбирать свою судьбу, свой собственный путь, свою жизнь, своих любовников. И Снейп был вынужден признать, что эта мысль пугала его. Что, если Гарри выберет другого? Снейп не думал, что сможет спокойно общаться с Гарри, если у того будет другой партнер. Возможно, стоило положить всему конец именно сейчас, прежде чем все обернется подобным образом. А если мальчишка выберет его? Что он захочет: держать их отношения в тайне или поведать о них всему миру? Что бы предпочел сам Снейп? Что, если они хотят совершенно разного?
Сней был в плену мыслей, когда семикурсники голдящей толпой ввалились в его класс. Он отвлекся от зелья, которое варил и оглядел кабинет: его тут же охватил гнев, когда он заметил, что место Поттера пустует. Прошло десять минут, и Гарри проскользнул в класс, усаживаясь на свое место, не обращая внимания на алхимика.
- Мистер Поттер, - Снейп обошел парты и остановился подле Гарри. – Вы имеете хоть какое-то понятие о времени?
- Простите, сэр, - пробормотал Гарри, глядя в тетрадь перед собой.
Рон и Гермиона обеспокоенно посмотрели на него, как, впрочем, и большинство гриффиндорцев. Слизеринцы напротив, были в восторге, отпуская колкие шуточки. Снейп проигнорировал представителей обоих факультетов, обратив свое пристальное внимание исключительно на нарушителя дисциплины.
- Прекрасно, - фыркнул Снейп и его губы скривились в едкую усмешку. Между тем, веселье со стороны слизеринцев увеличивалось. – Могу вас заверить, что сегодня я приготовлю для вас идеальное наказание. – Развернувшись на каблуках, Снейп прошествовал на кафедру. – Буду ждать вас сегодня в семь вечера, - добавил он через плечо. Гарри лишь глубже окопался на своем стуле.
Двадцать минут спустя Снейп краем глаза наблюдал за Гарри. Он не мог решить, что выглядит более зеленым: зелье, бурлящее в котле, или же лицо Гарри. В ту же минуту он нашел ответ на свой вопрос: Гарри, зажав рот ладошкой, пулей вылетел из класса. Класс, разинув рты, с удивлением смотрел ему в след. Даже у Снейпа слегка отвисла челюсть от неожиданности. Рон повернулся к нему, чтобы неслышно задать вопрос.
- Идите, - махнул Снейп рукой. – Проследите, что там с Поттером, - рыкнул он, вкладывая в реплику весь сарказм.
Рон выбежал из класса в поисках друга. Снейп вновь заставил обратить на себя внимание остальных учащихся, хотя сам стал размышлять о Гарри.
К половине четвертого после полудня, Снейп потерял всякое подобие контроля, загнав Гарри в угол раздевалки одним единственным взглядом. Гарри в ужасе смотрел на мужчину, попутно натягивая на себя свитер с цветами Гриффиндора, готовясь к матчу, который должен был начаться через пятнадцать минут.
- Так что же сказала Поппи? – поинтересовался Снейп, оглядывая своего любовника в квиддичной форме.
- Ничего, - ответил Гарри, зашнуровывая ботинок.
- Ничего? Как она могла сказать «ничего»? Что-то она должна была сказать? – протестовал Снейп. – У Поппи всегда есть что сказать.
- Она ничего не говорила. – Гарри подхватил метлу. Снейп успел схватить его за руку.
- Объясни.
- Она ничего не говорила, потому что я к ней не ходил, - Гарри отвел взгляд.
- Почему нет? – удивился Снейп.
- Потому что я уверен, что в этом нет необходимости, - вздохнул Гарри.
- Гарри, ты выглядишь больным и уставшим уже неделю. Хочу заметить, сегодня во время моего урока ты выбежал из класса и выглядел намного хуже, чем твое зелье. Думаю, это повод, чтобы обратиться к мадам Помфри. – Снейп изо всех сил пытался быть терпеливым.
Гарри выдернул свою руку.
- Не понимаю, почему вас это так беспокоит, профессор? Как ваш наиболее ненавистный студент, я теряюсь в догадках, почему вы так беспокоитесь о моем благополучии. Ни для кого не секрет, что вы стали бы самым счастливым человеком на планете, если бы завтра Волдеморт сумел схватить меня за горло. – От этих слов Снейп побледнел. – Вы четко и ясно дали мне понять, что не хотите со мной иметь ничего общего. Прекрасно, я принимаю это. Но не стоит притворяться, что вы заинтересованы в моей жизни или переживаете, чтобы со мной ничего не случилось. Вы отказались от этого права, помните? – Развернувшись на пятках, Гарри направился к выходу догонять команду, ожидающую звездного ловца.
С тяжелым сердцем Снейп поднялся на трибуну, чтобы посмотреть квиддичный матч. Наблюдать, как Гарри играет в квиддич, было истинным удовольствием. Тонкое изящное тело, слившись с древком метлы, то взмывало резко вверх, то уходило в крутое пике, неотступно преследуя золотой снитч. Редко случалось, когда команда проигрывала, а Гарри упускал заветный крылатый мячик. Проблема была в другом: крепкое тело, рассекающее воздух, напоминала зельевару о том, как оно скользило по его собственному на шелке простыней их кровати. Снейп застонал от этой мысли, кутаясь в мантию в ожидании, когда команды выйдут на поле.
Едва команда Гриффиндора показалась в проеме, Снейп пристально посмотрел на Гарри. Начало игры напомнило профессору о первой игре Поттера, когда профессор Квиррелл попытался убить его, околдовав метлу. И Снейп был вынужден применить контрзаклятие. Он действительно никогда не испытывал неприязни к Гарри, хотя порой мог впасть в бешенство, но все же ему был весьма любопытен этот ребенок. Как он пережил смертельное проклятие? Однако чтобы сохранить свою репутацию, он никогда в открытую не восхищался мальчиком. У него просто не было выбора.
Мысли зельевара были прерваны возгласами окружавших его профессоров. Глаза невольно скользнули по полю, зная, на ком остановятся. И кто стал центром переполоха. Гарри летел плечом к плечу с Драко Малфоем: каждый ловец боролся за право первым схватить снитч. Внезапно Гарри свернул влево, и Снейп увидел, как бладжер летит прямо в голову гриффиндорского ловца. Остальные профессора повскакивали со своих мест, но Снейп не обратил на это внимания. Он принялся творить заклинание, уменьшающее скорость бладжера, в то время как Гарри, наклонился вперед, чтобы схватить снитч. Драко Малфой со всей силы врезался в него плечом, и пальцы гриффиндорца лишь едва скользнули по золотому мячу. Он развернул метлу, но в этот момент блажер врезался ему прямо в голову. Снейп замедлил скорость мяча, но не так сильно, как хотелось. Гарри, соскользнув с древка, падал на землю. У Снейпа не было достаточно времени, чтобы сменить заклинание, замедляющее падение гриффиндорского ловца. Профессор МакГоннагал попыталась это сделать, но это оказалось напрасно. Гарри с высоты упал на поле. Неподвижно лежа на траве, он держал в руке золотой снитч. На этот раз решительные действия Снейпа привлекли к себе всеобщее внимание. Вслед летело откровенное недоумение, но зельевар проигнорировал его. И лишь глаза Дамблдора блеснули за стеклами очков-половинок.
На поле Снейп протиснулся сквозь толпу, собравшуюся вокруг Гарри, и опустился на колени рядом с парнем. Одна половина лица гриффиндорского ловца была покрыта кровью, другая – грязью и соком от зеленой травы. По другую сторону сел Рон, на мгновение кинув на зельевара странный взгляд, прежде чем переключить внимание на друга.
- Кто-нибудь сообщил мадам Помфри? – спросил Снейп, кладя ладонь на лоб потерявшего сознание Гарри, стирая с него кровь.
- Она уже в пути, - ответил Рон, наблюдая за Снейпом и Гарри.
Веки Гарри слегка затрепетали и чуть приоткрылись. Сознание постепенно возвращалось, и парень застонал от боли.
- Предоставьте это мне, Поттер, - прошептал Снейп. Только Рон и Гарри услышали его слова. Гарри улыбнулся, а Рон посмотрел в замешательстве.
По прибытию мадам Помфри, Гарри быстро переправили в Больничное крыло. Снейп шел рядом, машинально вытирая испачканные кровью руки о мантию.
- Пока он в ваших руках, вы должны выяснить, отчего мистер Поттер болел целую неделю.
Поппи с удивлением посмотрела на обеспокоенного Снейпа.
- Я слышала, что наш юный Гарри чувствовал недомогание. Я пыталась заставить его прийти ко мне всю неделю, но он лишь отмахивался.
- Потом обязательно расскажите мне об этом, - прошептал Снейп, открывая колдоведьме дверь в лазарет: определенно, Гарри был в надежных руках.
Мадам Помфри с повышенным интересом посмотрела ему вслед, и легкая улыбка коснулась губ ведьмы.
*~*~*~*
- О, Мерлин, этого не может быть! – простонал Гарри, сидя в кабинете Дамблдора, обхватив голову руками. Он, наконец, посмотрел на директора, который преспокойно наслаждался Лимонной долькой. - Это не может быть правдой.
- Она уверяет, что в этом нет ошибки, Гарри.
После падения раны Гарри были незначительными: сломанное ребро, ушиб головы, сотрясение головного мозга, которое было виртуозно излечено опытной колдоведьмой. Но сейчас Гарри вместо Больничного крыла, где каждый мог подслушать, находился в кабинете Дамблдора совсем по другой причине.
- Это просто невозможно, профессор, - спорил Гарри. – Я не могу быть беременным. – Парень буквально выплюнул последнее слово.
Альбус глубоко вздохнул, его лицо стало задумчивым.
- Боюсь, Гарри, что это так.
Гарри наблюдал, как старый маг, поднявшись с кресла, подошел к книжному стеллажу и вынул из него фолиант со множеством закладок. Он подошел с ним к Гарри и присел на свободный стул около него.
- Легенда гласит, что самый сильный волшебник может зачать и до срока выносить ребенка. Однако беременность может быть опасна как для малыша, так и для его отца. В Истории Магического Мира известны лишь пять магов, которым удалось это сделать, - честно признался Дамблдор. – Последний волшебник жил двести лет назад, ему удалось выносить ребенка до конца и дать ему имя. Как ты можешь заметить, у нас слишком мало информации по этому поводу, чтобы знать, что делать дальше.
Гарри судорожно сглотнул:
- А что стало с остальными волшебниками, профессор?
Дамблдор тяжело вздохнул.
- Один умер от осложнения во время беременности из-за несовершенства мужской анатомии, когда тело пыталось избавиться от ребенка. Другой умер во время родов по той же причине. Еще несколько скончались от гораздо большей трагедии.
- Какой?
Дамблдор открыл на коленях книгу.
- Ты должен понять, Гарри, что этой легенде не одна сотня лет. Но согласно ей, для могущественного мага существует единственный способ зачать ребенка, если, во-первых, у партнеров родственные души. – Гарри понимающе кивнул, и Дамблдор вновь вздохнул: - Эти родственные души должны быть связаны между собой. Чтобы выжить, сильному магу необходима вторая половина его души.
- А что насчет второго отца? – прошептал Гарри.
- Он тоже должен быть сильным магом, чтобы помочь в зачатии ребенка. Только два могущественных мага могут воспроизвести на свет новую жизнь. Но второй не так силен, как тот, кто вынашивает младенца, следовательно, не всегда может оказаться второй половиной души, чтобы помочь выжить. Хотя, случалось, погибали оба мага: один во время беременности и родов, другой - спустя короткое время. Никто не знает, почему. Я полагаю, из-за разбитого сердца.
- А другие?
- Их вторые половины отвергли их, и они, боюсь, умерли медленной мучительной смертью. Хотя, как написано в книге, «вторые половинки души» прожили долгую жизнь.
Гарри выдохнул и отвернулся:
- Прекрасно.
- Ты должен сказать ему, Гарри.
Гарри покачал головой:
- Я не могу. Он изучит историю, а потом будет чувствовать себя обязанным любить меня, чтобы сохранить мою жизнь. Я не хочу, чтобы он любил меня из жалости. Меня нет и никогда не будет рядом с ним. Пусть живет без меня.
- Ты должен сказать ему, Гарри. Он имеет право знать. Подумай об этом. Пойми, насколько он будет опустошен, когда узнает об этом слишком поздно. Ты действительно хочешь этого для него?
- Нет, - вздохнул Гарри, не зная, как поступить.
- Гарри, он отец ребенка, которого ты носишь. Он заслужил этот шанс. И не только его. Гарри, он никогда не утверждал, что не любит тебя. Должен сказать, что я удивлен его поведением и недоволен тем, как всё обернулось, но я знаю, он любит тебя. Возможно, всё, что ему сейчас нужно – легкий толчок.
- Или мощный пинок под зад вниз по Главной лестнице, - пробормотал под нос Гарри. Дамблдор улыбнулся. - Хорошо, скажите мне, профессор, что произойдет, если Волдеморт узнает, что его драгоценный Пожиратель Смерти предал его с самым ненавистным врагом?
- Гарри, разве ты не понял, почему Волдеморт не смог убить тебя семнадцать лет назад? Ты – могущественный маг. Ты был предназначен для этого. Все знают, что ты можешь творить Великие Дела, но ты слишком юн. Все остальные могут об этом только мечтать. Ты можешь уничтожить Волдеморта, а Северус всегда будет на твоей стороне. Ты не можешь потерпеть неудачу.
- Волдеморт не может убить меня?
- Я не говорил этого, Гарри.У тебя много слабостей. Ты всё-таки смертный. Ты можешь быть убит как любой из нас. И все же, ты имеешь силу как никто другой. С Северусом ты научишься владеть силой и победишь Волдеморта. Я в этом уверен.
- Волдеморт убьет Северуса, если узнает об этом, - вздохнул Гарри.
- Возможно, он попробует это сделать. За предательство и легкий способ убить тебя. Но стоит ли забивать себе этим голову, Гарри? Разве Волдеморт искал легких путей? Может он хочет, чтобы ты страдал, и твоим мукам не было предела, наблюдая за этим со стороны?
- Да, он никогда не ищет легких путей, - признал Гарри.
- Тогда я сомневаюсь, что он будет возиться с Северусом. Он знает: его смерть - конец для тебя. Если ты умрешь от тоски, это не оставит ему шанса заполучить твою жизнь.
- Сомнительное утешение, - пробормотал Гарри.
Дамблдор встал и опустил руку не плечо парня.
- Ты любишь его, Гарри. Ты бы отдал свою жизнь за него. Так же, как и он за тебя.
- Что мне делать? – выдохнул Гарри, глядя на директора.
- Пойди и скажи ему, - прошептал тот. – Он имеет право знать.
- Он будет любить меня из жалости.
- Он будет любить тебя из-за любви.
*~*~*~*~*
Гарри замер перед комнатой Снейпа, когда часы пробили девять часов вечера. Наконец, он пробормотал пароль и дверь распахнулась. Снейп, сидящий за письменным столом, поднял голову и вздрогнул от неожиданности.
- Гарри? Почему ты не в Больничном крыле?
- Знаешь, как я устал, пока дошел до тебя, - пошутил Гарри. – Кроме того, если я правильно понял, ты был весьма недоволен моим сегодняшним падением, - улыбнулся Гарри, пытаясь пошутить.
- Я же говорил, что тут не причем? – Снейп приподнял бровь. – Однако, уже прошел слушок, что это именно я наложил чары на бладжер, чтобы тот угодил в твою голову.
- Хм, насколько я помню, он летел гораздо медленнее, чем обычно, прежде чем приложиться к моей голове, профессор.
Снейп поднялся из-за стола и пересек комнату, направляясь к Гарри. Мягко отвел темные волосы от огромного синяка, глядя на лопнувшую кожу.
- Как бы то ни было, - тихо произнес Снейп, - ты чертовски сильно напугал меня, Гарри. – Он вздохнул и отстранился. – Так что сказала Поппи?
- Не очень много: сломанное ребро, травма головы, сотрясение мозга, всё как обычно, - перечислил Гарри, усаживаясь на свободный стул, когда Северус вновь занял свое место за письменным столом.
Снейп нахмурился:
- И она позволила тебе покинуть Больничное крыло? Или она не понимает, что ко всему прочему, ты потерял сознание?
- Ну, она была против моего ухода, - признался Гарри. – Но профессор Дамблдор поручился за меня.
- Как всегда в своем репертуаре, - проворчал Снейп. – Так что она сказала о твоем плохом самочувствии?
Вздохнув, Гарри уставился на дальнюю стену.
- Северус, ты когда-нибудь думал о том, что мог бы вновь полюбить меня? Когда я закончу школу? Когда я больше не буду твоим студентом? Разве ты не знаешь, как я люблю тебя? Знаю, ты не веришь в то, что я способен на это, но это так, Северус.
Снейп поднял руку, призывая к молчанию.
- Остановись, Гарри. Мы уже говорили об этом.
- Тогда мне больше нечего тебе сказать.
Гарри поднялся со своего места и вышел из комнаты, оставив Снейпа смотреть ему в след и мучиться вопросом, когда он потерял контроль над мальчишкой?
Ах, да, у него его никогда и не было.
*~*~*~*
- Я думал, ты собирался рассказать ему.
- Это не так легко, профессор.
- Ты должен это сделать, Гарри. Ты не сможешь выжить без него.
- Но он сможет без меня.
*~*~*~*
Выпускной приближался стремительно быстро, и Снейп вздохнул, оглядывая семикурсников, многих из которых он больше никогда не увидит. Все они покинут стены Хогвартса, чтобы начать новую жизнь. Взглянув на Гарри, зельевар думал, какое будущее ожидает его? У мальчишки нет иного пути, кроме как сражаться с Волдемортом. С момента рождения он не был предназначен для чего-то другого. Гарри этого не заслуживал. Он заметил темные тени на лице Гарри, и капельки пота, проявившиеся на кромке волос. Затем парень положил руку на парту, согнул ее в локте, уткнулся в него носом и снова заснул. Рон тихонько ткнул его в бок и тот распахнул осоловелые глаза. Это продолжалось уже месяц, и Снейп потерял всякое желание наказывать его.
Он загнал в угол Дамблдора и Поппи, но те только покачали головой, отказываясь сообщать какую-либо информацию. Гарри стал еще бледнее и тоньше. Снейп вздохнул и посмотрел на часы. У семикурсников был последний урок Зельеварения. Завтра будет праздник в честь окончания школы, выпускники получат свои дипломы, факультеты – свой заслуженный Кубок Школы, а потом семикурсники исчезнут из его жизни так же стремительно, как и ворвались много лет назад. На этом все закончится. Снейп вздохнул. Нет, он не мог этого допустить.
- Класс свободен. Мистер Поттер, останьтесь, пожалуйста.
Студенты принялись медленно собирать со столов свои учебники и тетради и по одному выходить из кабинета, оставив Гарри сидеть за партой. Его левая рука лежала на животе, а правая поигрывала волшебной палочкой. Снейп своей собственной палочкой взмахнул в сторону двери, та захлопнулась, громко щелкнув запирающимся замком. Затем зельевар сел возле Гарри. Тот так и не поднял головы.
- Я люблю тебя, Гарри.
Голос был тихим, но весь смысл уместился в четырех словах. Гарри медленно поднял голову, чтобы встретиться взглядом. Впервые за два месяца Снейп увидел крохотную надежду в их глубине.
- Я люблю тебя, – повторил он. – Я был не прав и сожалею об этом. Я никогда не был так счастлив, как в то время, что провел рядом с тобой. И безумно жалею, что понял это слишком поздно.
Глаза Гарри медленно наполнялись влагой. Из уголков вниз скользнула слеза, стекая по щеке. Снейп протянул руку, прижав ее к любимому лицу, стирая мокрую дорожку большим пальцем.
- Прости, Гарри.
Гарри сглотнул.
- Сев... – и задохнулся от невысказанности.
Снейп обошел вокруг стола, обнял парня и прижал к себе. Так они сидели в пустом классе, мужчина покачивал Гарри в объятиях, повторяя слова любви.
Слезы утихли, Снейп приподнял лицо Гарри за подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза.
- Останешься со мной?
- Сев, ты и понятия не имеешь...
Снейп улыбнулся, крепче прижав к себе Гарри.
- Я говорю о том, что сейчас ты прогуляешь остальные занятия, и мы поговорим об этом.
Гарри просто кивнул, уткнувшись ему лбом в грудь, не в силах ответить.
Снейп привел Гарри в свои апартаменты и усадил на большую кровать, прежде чем вызвать Дамблдора, чтобы попросить снять его с последних занятий и предупредить остальных профессоров, что Гарри не придет.
Дамблдор немного грустно улыбнулся.
- Позаботься о нем, Северус. Ему очень плохо.
- Насколько сильно, Альбус? – начал Северус.
- Он болен, Северус. Но не настолько сильно, чтобы сообщить тебе.
Снейп вздохнул и вновь повернулся к Гарри. Забрался на кровать и, притянув к себе мальчишку, вытянулся рядом.
Гарри медленно открыл глаза и Северус мягко погладил его волосы. Кожа под его пальцами была теплой на ощупь. Глаза Гарри закрылись, и он быстро уснул. Снейп охранял его покой, пока тот спал.
*~*~*~*